el_tolstyh (el_tolstyh) wrote,
el_tolstyh
el_tolstyh

Categories:

В Донбассе проживает более 120(!) национальностей, и это действительно, СССР в миниатюре.

«Я еврей, друг татарин, а в Донбассе мы русские!».
Коллекция осколков от снарядов в доме пенсионера Анатолия.



— Вот я еврей, а русский человек, мой друг-татарин — тоже русский. Потому что наши деды защищали русскую советскую землю от немецко-фашистских захватчиков. Мы все тут русские! И не важно, какой мы веры и национальности. Не зря так на Украине яростно борются с русским языком, потому что язык — один из маркеров принадлежности к культуре. Там, где русский язык, — там русский мир, там русские люди, там Русью пахнет. Точка.

Мой новый друг Саша Кофман — человек горячий и очень колоритный. (Ой, простите! Председатель Общественной палаты Донецкой Народной Республики и экс-министр иностранных дел Александр Кофман. Вот теперь представила по полной форме.) Он обожает еврейский форшмак и запивает его местной хреновухой, а когда хочется баранины, едет к другу-азербайджанцу. В Донбассе проживает более 120(!) национальностей, и это, действительно, СССР в миниатюре. Кафе «Комсомолец» мирно соседствует с нарядным золотым новеньким храмом.

В России всегда осторожно использовали термин «русский мир». (Последним, кто официально поднял тост за русский народ, был товарищ Сталин). А Донбасс никогда не был «политкорректным», недавно с помпой провел международный форум «Русский Донбасс» и даже выработал русскую доктрину.

— Донбасс сейчас — сердце России, и всегда был, а не ваша Москва! — восклицает Саша. — В 20-х годах даже на плакатах писали «Донбасс — промышленное сердце России». Мы не пытаемся создать русский мир, мы пытаемся напомнить русскому миру, что он есть.


Анатолий и Татьяна живут прямо на линии фронта.

— Легко тебе говорить, — возражаю я. — В Москве к этому осторожнее относятся. Одних мигрантов сколько приезжает и еще с молитвенными ковриками.

— А никто не просит приезжего свернуть свой молитвенный коврик. Россия — мультикультурная страна. Она принимает любую религию без проблем. Просто мужик с ковриком должен понимать, что он находится под сенью русской культуры, в которой есть место и для мусульман, и для католиков, и для иудеев, и для буддистов. И даже для таких атеистов, как я. Русский — это больше, чем национальность. Это история, могилы предков, которые полегли в боях за эту землю.

— А почему ж Украина, где наши исторические корни, не пошла за нами?

— Произошла рагулизация Украины. (Рагуль — примитивный, некультурный человек. — Д.А.) Галичина захватила власть. А что мы имеем на Западной Украине? Немного окультуренный поляками Львов, за пределами которого глухая, безнадежно контрабандная деревня. И эти самые люди пытались навязать Донбассу образ гопника и быдла.

Я с большим уважением отношусь к рабочим профессиям. У нас все по Ленину: Донбасс взрастил рабоче-крестьянскую интеллигенцию. У нас любой рабочий завода имел дома библиотеку и знал, кто такой Бунин. Я помню, как еще до майдана сюда приезжали из Киева продюсеры искать таланты. Условие: каждый талант должен спеть «Мурку». Им сказали: валите отсюда, пока вам морду не набили. С «Муркой» — это вам в Одессу.

— А как же красавица Одесса? — с тоской говорю я. — Почему струсили?

— Знаешь, когда в городе живьем сжигают разом сто человек, все сдуется. А вообще Одесса — ...... город. Мы им никогда не простим коллаборационизм во время Великой Отечественной войны, хотя я очень люблю одесситов. Во время оккупации румынскими войсками там работали рестораны, кафе, театры, и распевал свои песенки Петр Лещенко.

Но вообще у страны лишней земли не бывает. Украина сейчас — гальванический труп, подключенный к проводам. Да, это наши корни, которые, к сожалению, заросли метастазами, но спасать-то надо.

Перед отъездом из Донбасса я заезжаю в село Минеральное, которое оказалось прямо на линии фронта, к добродушной паре пенсионеров Татьяне и Анатолию. В селе Минеральное в мирное время процветали дачи (там есть чудесный источник). Мои новые друзья построили себе на старость причудливый сказочный домик. Кто же знал, что в домике бомбой снесет крышу, а окна придется заклеивать полиэтиленом. Татьяна хлопочет над заготовками: «Надо вам сала взять домашнего. Это от нашего кабанчика. Мы его всегда на четыре части делим, — солдатикам ведь тоже надо кушать. И солонину. Еще компоты возьмите и салаты. Что ж вы там в Москве кушать будете?» Я отбиваюсь изо всех сил. Такое ощущение, что в Москве царит всемирный голод.


В аду и елка из снаряда.
С Анатолием мы тихо разговариваем в большой зале у заклеенного окна:

— Двигаются украинцы. Мне ли это не знать? Я же в молодости был офицером разведки. А потом уже стал геологом. Люди стали пропадать в «серой» нейтральной зоне. С той стороны у нас друзья остались. Посылают нам сообщения: в ангарах и гаражах скапливаются танки. А у нас село стоит на выгодной для врагов позиции, на «высотке». Отсюда весь Донецк и Макеевка как на ладони. Я жену пытался отправить, а она на своем стоит: жить и помирать надо вместе. Да и куда ее отправлять? Вон ее родная сестра из Киева пишет, что мы фашисты и ватники. А какие мы фашисты?

Анатолий вздыхает и внезапно оживляется:

— А у нас в саду целая коллекция осколков от снарядов! Пойдемте посмотрим.

— Вы не волнуйтесь! — я стараюсь говорить твердым голосом. — Россия вас не бросит. Какие ж мы после этого русские?
Tags: ЛНР, Россия
Subscribe

promo el_tolstyh март 19, 2018 21:34 1
Buy for 300 tokens
Военно-Историческое общество "Ингерманландский полк" Битва при Гангуте и Ингерманландский полк КАК СОЗДАВАЛСЯ И ПОЧЕМУ НЕ БЫЛ ОТКРЫТ МУЗЕЙ «ГАНГУТСКИЙ МЕМОРИАЛ». Часть 3 Мемориальная Пантелеймоновская церковь. Пантелеймоновская улица (улица Пестеля), дом № 2а. Фото 2010-х годов. ГАНГУТСКИЙ…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments