el_tolstyh (el_tolstyh) wrote,
el_tolstyh
el_tolstyh

Category:

Портреты выходцев из Ингерманландского полка в картинной галерее Героев 1812 года

Герои войны 1812 года. Портреты выходцев из Ингерманландского полка в картинной галерее Героев 1812 года в Эрмитаже.

Волконский Сергей Григорьевич

Портрет Сергея Григорьевича Волконского работ Джорджа Доу. Военная галерея Зимнего Дворца, Государственный Эрмитаж (Санкт-Петербург)

Годы службы 1796—1825

Князь Серге́й Григо́рьевич Волко́нский 4-й (8 [19] декабря 1788, Москва — 28 ноября [10 декабря] 1865, Воронки, Черниговская губерния) — генерал-майор, бригадный командир 19-й пехотной дивизии (1825). Герой Отечественной войны 1812 года. Декабрист.

Рюрикович, из 2-й ветви княжеского рода Волконских. Сын князя Г. С. Волконского (1742—1824) — генерала от кавалерии, оренбургского генерал-губернатора, члена Государственного совета.

Биография
Ранние годы
Родился в Москве в доме отца на Волхонке (08 (20) декабря 1788) спустя два дня после взятия русскими войсками турецкой крепости Очаков. Записан на службу сержантом в Херсонский гренадерский полк (01 июня 1796) и после нескольких «перечислений» в разные полки, в т.ч. в списки Ингерманландского полка, определен ротмистром в Екатеринославский кирасирский полк (декабрь 1797). Отроческие годы провел в привилегированном иезуитском пансионе аббата Николя, куда учиться принимали только детей из знатных семей. Военную службу начал (28 декабря 1805) поручиком в Кавалергардском полку.

Во время начала второй войны России с французами на стороне Четвёртой коалиции (осень 1806), в качестве адъютанта определён в свиту главнокомандующего фельдмаршала М. Ф. Каменского, вместе с которым вскоре прибыл на театр военных действий в Пруссии. Однако уже через несколько дней юный князь остался без места, поскольку старый генерал, не желая сражаться с Наполеоном, самовольно покинул вверенные ему войска (13 (25) декабря 1806). В тот же день его взял под свою опеку в чине адъютанта — генерал-лейтенант Александр Иванович Остерман-Толстой, под началом которого на следующий день (14 (26) декабря 1806) — получил боевое крещение в битве при Пултуске. Тогда в ходе сражения русским удалось успешно отбиться от противника.

В битве при Прейсиш-Эйлау (26-27 января (7-8 февраля) 1807) сражался, уже будучи адъютантом нового русского главнокомандующего — генерала от кавалерии Леонтия Леонтьевича Беннигсена, был ранен пулей в правый бок. Весной того же года его формулярный список дополнился сражениями при Гутштадте и Фридланде. Несколько позже наблюдал за встречей русского царя Александра I с Наполеоном в Тильзите. В виду ухода в отставку Беннигсена, домой вернулся строевым офицером Кавалергардского полка, в котором продолжал числиться. Имел орден Святого Владимира 4-й степени, золотой крест за Прейсиш-Эйлау, золотую шпагу с надписью «За храбрость». Воевал с турками (1810-1811), за отличия произведён в гвардии штабс-капитаны (1810). Участник сражения при Батине (26 августа 1810). Пожалован флигель-адъютантом (01 февраля 1812).

Отечественная война
В Отечественную войну (1812) находился при императоре Александре I, в звании флигель-адъютанта, от открытия военных действий до возвращения императора в столицу. Участвовал в действительных сражениях, во 2-й Западной армии, при Могилёве и Дашковке, в отряде генерал-адъютанта барона Ф. Ф. Винцингероде (даты по старому стилю): под Поречьем (28 июля 1812), при Усвяте (01 августа 1812), при Витебске (07 августа 1812), в бою под Звенигородом (31 августа 1812), на р. Москве, при с. Орлове (02 сентября 1812), при г. Дмитрове (02 октября 1812) и за отличие в этом сражении удостоен награждения чином полковника. Находясь в летучем отряде генерал-адъютанта Голенищева-Кутузова (14 августа), был в действительных сражениях: при переправе через р. Воплю, в сражении при г. Духовщине и под Смоленском, откуда отправлен с партизанским отрядом, действовал между Оршей и Толочиным, открыл коммуникацию между главной армией и корпусом графа Витгенштейна, взял много пленных, в том числе генерала Корсена. Был в делах при переправе неприятеля через р. Березину, за что награждён орденом Святого Владимира 3-й степени, и преследовании его от Лепеля до Вильны.

Исправлял должность дежурного по корпусу барона Винцингероде (1813), находился с ним в заграничном походе и был в действительных сражениях: под Калишем (02 февраля 1813), где пожалован орденом Святого Георгия 4-го класса. В авангардных делах при г. Вейнсенфельске (16 и 18 апреля 1813), в генеральном сражении при Люцене (20 апреля 1813). Находился при отступлении от г. Люцена до переправы российских войск через р. Эльбу, за что награждён орденом Святой Анны 2-й степени, украшенным алмазами, и прусским орденом «Pour le Mérite», а за отличия в сражениях при Гросс-Беерене и Денневице пожалован (15 сентября) в генерал-майоры. Отличился под Лейпцигом и награждён орденом Святой Анны 1-й степени и австрийским орденом Леопольда 2-й степени. Сражался во Франции (1814), за отличие при Лаоне удостоен прусского ордена Красного орла 2-й степени. Назначен командиром бригады 2-й уланской дивизии (1816). Переведён бригадным командиром 19-й пехотной дивизии (1821).

Декабрист

П. Ф. Соколов. Портрет Сергея Волконского
В первой четверти XIX века Волконский занимал особняк на набережной реки Мойки, 12. Единственный генерал действительной службы, принявший непосредственное участие в движении декабристов. В 1819 году вступил в «Союз благоденствия», в 1821 году — в Южное общество. С 1823 года возглавил Каменскую управу этого общества и был активным участником движения декабристов. 5 января 1826 года арестован по делу о восстании Черниговского пехотного полка, привезён в Санкт-Петербург и заключён в Петропавловскую крепость.

Осуждён по 1-му разряду, лишён чинов и дворянства. 10 июня 1826 года приговорён был к «отсечению головы», но по Высочайшей конфирмации от 10 июля 1826 года смертный приговор заменён на 20 лет каторжных работ в Сибири (22 августа 1826 года срок сокращён до 15 лет, в 1832 году — до 10). Портрет Волконского, исполненный с натуры в 1823 году, по приказанию Николая I исключён из числа предназначенных к помещению в Военной галерее Зимнего дворца и только много лет спустя, уже в начале XX века, занял в ней подобающее место.

Сибирь
Каторгу отбывал на Благодатском руднике, в Читинском остроге, на Петровском Заводе. В 1837 году на поселении в селе Урик под Иркутском. С 1845 года проживал с семьёй в Иркутске. Вот что вспоминал про него Николай Белоголовый:


Волконский С. Г. с женой в камере в Петровской тюрьме.
Рисунок Н. А. Бестужева, 1830

Старик Волконский — ему уже тогда было около 60 лет — слыл в Иркутске большим оригиналом. Попав в Сибирь, он как-то резко порвал со своим блестящим и знатным прошедшим, преобразился в хлопотливого и практического хозяина и именно опростился, как это принято называть нынче. С товарищами своими он хотя и был дружен, но в их кругу бывал редко, а больше водил дружбу с крестьянами; летом пропадал по целым дням на работах в поле, а зимой любимым его времяпровождением в городе было посещение базара, где он встречал много приятелей среди подгородних крестьян и любил с ними потолковать по душе о их нуждах и ходе хозяйства. Знавшие его горожане немало шокировались, когда, проходя в воскресенье от обедни по базару видели, как князь, примостившись на облучке мужицкой телеги с наваленными хлебными мешками, ведёт живой разговор с обступившими его мужиками, завтракая тут же вместе с ними краюхой серой пшеничной булки.
В усадьбе декабриста Волконского в Иркутске (переулок Волконского, 10) в 1970 году открыт Иркутский музей декабристов в честь Сергея Григорьевича Волконского.

Был женат на Марии Николаевне Раевской — дочери героя 1812 года, генерала от кавалерии Николая Раевского и Софьи Семёновны урождённой Константиновой (внучка М.В. Ломоносова), которая последовала за ним в Сибирь. Умерла († 10 августа 1863) в селе Воронки Козелецкого уезда, похоронена рядом с мужем.


После амнистии

С. Г. Волконский в старости (1864).


Мемориальный комплекс декабристам в селе Вороньки
По амнистии 26 августа 1856 года Волконскому было разрешено вернуться в Европейскую Россию (без права проживания в столицах). Одновременно было возвращено дворянство, но не княжеский титул. Из наград по особой просьбе ему были возвращены воинский орден Св. Георгия, крест за Прейсиш-Эйлау и памятная медаль 1812 года (этими наградами он дорожил особенно).

Судя по бумагам, Волконские поселились в ближайших окрестностях Москвы — в Петровском-Разумовском и Петровском-Зыкове («дача мещанки Дементьевой»). В действительности супруги жили в Москве у своих родственников — Д. В. Молчанова и А. Н. Раевского. В новый круг общения декабриста входили А. И. Кошелев, А. С. Хомяков, И. С. Аксаков, Т. Г. Шевченко.

Побывав за границей (октябрь 1858), престарелый Волконский обосновался в имении зятя Н.А.Кочубея, малороссийском селе Воронки, где посвятил себя работе над мемуарами. За границей встречался с новым поколением либералов, включая Герцена и Огарёва. После смерти жены его разбил паралич ног. Похоронен вместе с женой под сельской церковью, которую выстроила над их могилой дочь. Церковь снесена в 1930-е годы, могилы были временно утрачены. Возведён мемориальный комплекс декабристам в селе Воронки, открыт сельский музей декабристов.

Образ в кино
1975 — «Звезда пленительного счастья», в роли Волконского — Олег Стриженов
2007 — «Одна любовь души моей», в роли Волконского — Станислав Любшин

Награды
Орден Святого Георгия IV степени Орден Святого Владимира 3-й степени Орден Святого Владимира 4-й степени
Орден Святой Анны 1-й степени Орден Святой Анны 2-й степени с алмазами
Орден Красного орла 2-й степени Орден «Pour le Mérite» Командор Австрийского ордена Леопольда
Рыцарь 1-го класса ордена Меча Military Merit Order (Hesse)
Золотое оружие, украшенное бриллиантами
------------------------------------------------------

230 лет назад, 19 декабря 1788 г., в семье одного из «екатерининских орлов» родился младший сын. Отец его, генерал-майор Григорий Волконский, слыл большим чудаком и оригиналом, что связывают с контузией от удара турецкой саблей во время одного из сражений. Младенцу, которого назвали Сергеем, была суждена ещё более причудливая и оригинальная биография, которая, по сути, состояла из сплошных парадоксов.

Начать можно хотя бы с того, что Сергей Волконский был одним из самых статусных декабристов, он значительно превосходил многих своих товарищей по тайному обществу: что Северному, что Южному.

Во-первых, своим чином и званием. Он был единственным генералом среди декабристской когорты поручиков, капитанов, майоров, в лучшем случае — полковников.

Во-вторых, знатностью рода. Род князей Волконских восходит к незапамятным временам: к князьям Черниговским и далее — к самому Рюрику. С ним можно сравнить только таких же декабристов-Рюриковичей, как князья Барятинский, Оболенский и Щепин-Ростовский. Здесь надо стушеваться даже князю Сергею Трубецкому: тот ведёт свою родословную от литовского князя Гедимина. Почтенно, конечно, но не Рюрик, как ни крути. Ну а худородным Романовым вообще лучше стоять в стороне.

Николай I «Палкин» мог бы считаться освободителемВпрочем, как раз Романовы никак не могли стоять в стороне. И если император Александр I весьма и весьма ценил своего флигель-адъютанта, то его брат и преемник Николай I после личного допроса Волконского по делу о Восстании декабристов оставил о нём следующую запись: «Сергей Волконский — набитый дурак, нам всем давно известный, лжец и подлец в полном смысле, и здесь таким же себя показал. Не отвечая ни на что, стоя, как одурелый, он собой представлял самый отвратительный образец неблагодарного злодея и глупейшего человека».
Николай I — при всех его достоинствах — был крайне упрямым человеком. По какой-то загадочной причине он считал, что от рождения наделён уникальной способностью разбираться в людях с первого взгляда. Переубедить его в этом было чрезвычайно трудно, почти невозможно. Хотя и стоило бы, поскольку в реальности всё обстояло с точностью до наоборот. И случай с Волконским это подтверждает почти идеально.

Скажем, признав князя «глупейшим дураком», император поступил как гоголевская унтер-офицерская вдова, которая сама себя высекла. Потому что Волконский одобрял те начинания, которыми впоследствии прославился Николай I. Более того, он всецело доверял тем же людям.


Вождь «голубых мундиров». Был ли Александр Бенкендорф «держимордой» России?Например, Александру Бенкендорфу. Да-да, тому самому шефу жандармов и главе III Отделения, высшего органа политической полиции. Так вот. Сергей Волконский всецело приветствовал и появление, и специфику службы жандармов, этих «душителей свобод»: «В числе сотоварищей моих был Александр Христофорович Бенкендорф, были мы сперва знакомы, а впоследствии — в тесной дружбе. Как человек мыслящий и впечатлительный он увидел, какие услуги оказывает жандармерия во Франции. И полагал, что на честных началах, при избрании лиц честных, смышлёных, введение этой отрасли соглядатайства может быть полезно и царю, и Отечеству… Он пригласил многих моих товарищей вступить в эту когорту, как он называл, добромыслящих, и меня в том числе».
Назвав князя Волконского подлецом, император сильно рисковал. Это тяжкое оскорбление, а в вопросах чести Сергей Григорьевич был весьма щепетилен. Так, известен случай, когда он вступился за молодого офицера, получившего пощёчину от генерала Винценгероде. Генерал оправдывался тем, что не разглядел, кто перед ним: «Но это же не офицер, а простой рядовой!» На что получил от Волконского ответ: «Даже и в этом случае ваше действие было бы предосудительно!» Мог ли подлец так вести себя со старшим по званию, к тому же своим непосредственным начальником? Вряд ли.

Известно, что высшей похвалой человеку Николай I считал его деловые качества. «Дельно!» — такого отзыва императора могли удостоиться немногие. И то, что этого не удостоился князь, можно объяснить только и исключительно личной неприязнью царя к «набитому дураку» Волконскому.

По закону ссыльнокаторжным можно было заниматься только земледелием. Разумеется, на некоторые нарушения смотрели сквозь пальцы: многие декабристы подрабатывали репетиторством, а кто-то пробовал даже мыть золото или заняться мыловарением. Но самые родовитые, те же Трубецкие, например, на этот счёт не задумывались, поскольку никаких финансовых затруднений не испытывали.

«Меня будущее не страшит». Пять трагических судеб жен декабристов Семья Волконских никакой финансовой подпитки с «большой земли» не получала. Князь Волконский, Рюрикович по происхождению, считая зазорным искать лазейки в законах, сам взялся за соху и лопату. И добился впечатляющих успехов. Об этом свидетельствуют фрагменты писем, которые жена писала его матери.
Писала жена, поскольку сам князь был лишён права переписки 11 лет: «Здоровье вашего сына очень хорошо, он много занимается своим садиком… У нас есть цветная капуста, артишоки, прекрасные дыни и арбузы и запас хороших овощей на всю зиму… Сергей сделал опыт разводки табака из семян, по размеру листья так же хороши, как и на американских плантациях». Напомним, что дело происходит в Читинском остроге, нынешней Чите, где среднегодовая температура составляет минус 1,4 градуса по шкале Цельсия. А у Волконского — дыни, арбузы и табак.

Неудивительно, что ему удалось не просто подняться с нуля, но и достичь серьёзных коммерческих успехов, которые до того впечатлили местных, что оранжереи по образцу князя Волконского продолжали строить ещё лет сто.

Но наибольшее влияние князь оказал, как ни странно, не на растениеводство в экстремальных условиях и не на историю политических движений. А на русскую литературу. Именно его пример «опрощения» заинтересовал, причём с далеко идущими последствиями, одного молодого писателя-офицера по имени Лев Толстой.
Tags: ВИО_Ингерманландский_полк, Питер, Россия, архив_Ингерманландского_полка, реконструкторы
Subscribe

promo el_tolstyh march 19, 2018 21:34 1
Buy for 300 tokens
Военно-Историческое общество "Ингерманландский полк" Битва при Гангуте и Ингерманландский полк КАК СОЗДАВАЛСЯ И ПОЧЕМУ НЕ БЫЛ ОТКРЫТ МУЗЕЙ «ГАНГУТСКИЙ МЕМОРИАЛ». Часть 3 Мемориальная Пантелеймоновская церковь. Пантелеймоновская улица (улица Пестеля), дом № 2а. Фото 2010-х годов. ГАНГУТСКИЙ…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments