el_tolstyh (el_tolstyh) wrote,
el_tolstyh
el_tolstyh

Брюки

Юз Алешковский

Рассказ


По-моему, последние бутылки были с сивухой. Я, приехав, захворал с нее, с падлы…

Проснулся в вагоне утром и говорю проводнице:
— У меня брюки украли. Нигде нет.
— Да вы поищите получше.
— Это Таврический дворец, что ли? Всё обыскал уже.
— А вы, может, без брюк в вагон вошли? Пьяные больно были.
— Если бы я босиком пришел, тогда бы, может, и без брюк. А раз не босиком, то
спиз…ли их, точно. Экспресс ночной, херов. Сволочи.
— Щас всё больше в купейных крадут, а в общих спокойно стало, — вмешался кто-то.
— Честный народ редко купе берёт.
— А вы не выражайтеся.
— Тащите сюда начальника поезда. Пусть свои брюки даёт.
— У нас о н а начальник.
— Ой, бля! Тогда чаю несите покрепче и сахару три куска. Башка трещит. А брюки
где хотите, там и доставайте. Объявите по радио, хоть, может, найдется
герой-командировочный с запчастями. А скандал я вам устрою. В трусах в
министерство поеду. Дрыхнете на посту.
Тут пришла начальница. Удивилась. Заподозрила меня же, обшмонала всё купе.
— Документы там были и деньги?
— Паспорт, военный, партийный и 72 рубля, — говорю, и жалко мне себя хрен знает
как, потому что действительно бездарная ситуация.
— А кофту почему не взяли? — пронзая насквозь, спросила начальница, а в башке
моей бешено стучат три слова: поезда… пиз… начальница… поезда… пиз…
— Садились они вдрабадан, — ответила за меня проводница.
— Вспомните, гражданин. В таком виде всё бывает.
— Если бы я босиком пришел, тогда бы, может, и без брюк. А раз не босиком, то
спиз…ли, свистнули их, точно, — затвердил я, сатанея от безнадежной логики.
— Ну, что ж. Приедем — я съезжу к вам на квартиру за другими брюками. На такси.
(Представь реакцию гостящей тещи!)
— Других у меня нет. Они у Битова остались.
— У какого Убитого?
— У писателя, — говорю, и думаю: “Это и есть еврейское счастье. Было у человека
двое брюк. Одни забыл, другие спизд…ли”.
— Может, они стебанутые? — шепнула проводница.
— Чаю! Плохо мне. И брюки ищите!
Обе ушли. Вдруг хрен является с нижнего места. Мурло с несмываемой печатью
вневременного, а также внепространственного похмелья. В моих брюках, блядище.
Разит от него, как от меня, наверно, “вентиляторы” не работают. И душно. Я за
ним наблюдаю. Садится, лезет в карман, достает паспорт, раскрывает, читает.
— Фу, еттить твою мать! — говорит с облегчением.
Оказывается, я, мудак, оставил брюки на его полке, а он утром пошел похезать и
надел их.
— Я, — говорит, — читать привык в уборной: забываюсь так с похмелья. Лезу в
карман за бумажкой, а достаю паспорт. Между прочим, с интересом открываю его:
давно не заглядывал. Фотографировался лет десять назад. И тут мне прямо в лоб
ударяет: “Национальность — еврей”. Пиз…ец, думаю, поехал. Помотал головой,
смотрю, а там все равно национальность — еврей, и чухло чужое. Тут поезд, гнись
он в доску, тормознул, я с толчка слетел и бедро расшиб. А выходить боюсь.
Страшно почему-то. А когда страшно, значит, точно поехал. И паспорт открывать
боюсь. Попил воды из вредительского крана. Суки, вентиль не могут сделать!
Все-таки сел опять и чуть было паспорт не употребил. Там лишние есть страницы. А
в дверь барабанят, вопят: “Полчаса сидите!” Пришлось выйти. Иду в купе, руки
дрожат, ногу ломит, а мне на работу. А какая, на хер, работа, когда горячка
начинается. Национальность — еврей! Вот до чего дело дошло. Но ладно. Слава
Богу, всё обошлось. Вы тоже вчера хороши были. А я вас за армяшку принял. Кино!
На работу всё равно не пойду.
Пришла проводница с чаем.
— Вот, — говорю, — товарищ брюки вторые отдал мне насовсем. Без денег. Надо ему
на работу письмо написать. Пусть пример берут с такого морального уровня!
Чай был прекрасен. Проводницу я тут же заставил написать благодарственное письмо
о благородном поступке Обиднова В.Н. и отнести на подпись начальнице поезда. До
самой Москвы мне весело думалось о том, как мой опоганенный документ мог
валяться на шпалах. Но чудом уцелел.
Письмо на работу Обиднова мы по приезде бросили в почтовый вагон.
— Слушай, — сказал на перроне этот алкаш. — У меня есть червонец. Брат жене долг
послал. Давай его пропьем в ресторане, а ты письмо моей бабе напиши. Так, мол, и
так. Спиз…ли. Украли деньги и документы, а муж выручил: последнее отдал. Приеду
— пришлю перевод. Побольше бы нам таких людей, добавь. Идет?
— А что же будет, когда я не пришлю деньги?
— Я ей скажу, что все люди — говно, и что благодарности от них ждать не хрен, и
что ни одну падлу больше не выручу! — страстно сказал Вася.
Я почувствовал себя виноватым в мгновенной гибели Васиного человеколюбия и
благородства, но план принял.
Письмо (я чуть не рыдал над ним!) накатали за столиком, пока официант тащил
водяру, бутылку кваса и заливной язык. Мир как-то стал выстраиваться на глазах,
чтобы снова рухнуть в один прекрасный момент. Ляпнули мы, закусили, поговорили
по душам на глубинные темы и разошлись через два часа. И напоследок этот Вася,
сука такая, смотрел на меня свысока и напрашивался на признательность, как будто
он и взаправду выдал брюки и одолжил червонец на дорогу.
… Идея, блять, овладевшая массами… Телефон свой дал.
Вчера, под банкой, звоню ему.
— Здорово, это я, который “национальность — еврей”, чуть паспортом моим жопу не
подтер. Как жисть? Письмо получила жена?
— Ага!
— И как?
— Скрипела.
— Ее что, дома нет?
— Уехала к теще. Я ей вломил, когда она не поверила, что я тебя выручил. Сегодня
письмо пришло обратно. Написано, что ты не проживаешь в Рязани. Это она посылала
проверить. Тут два моих кореша то же самое сделали. А им поверили. Вот сука
какая.
— Ну, а на работе?
— На работе поверили. А ты как?
— Нормально. Дай адрес тещи, я напишу, что ты благородный человек.
— А может, лучше ты червонец вышлешь? Тогда она вернется, сука. Я с отпускных
отдам тебе. В общем, одолжи.
— Ладно. У меня гонорар будет на днях. Позвоню.
— А то заходи. Я один.
— Позвоню. Главное, не бзди и не раскалывайся. И продолжай выручать направо и
налево потерпевших, обворованных, погорельцев, сирот, калек и старушек. Ты
создан для помощи ближним. Пока…
Такая петрушка.
13 декабря 1968 года
Subscribe

promo el_tolstyh march 19, 2018 21:34 1
Buy for 300 tokens
Военно-Историческое общество "Ингерманландский полк" Битва при Гангуте и Ингерманландский полк КАК СОЗДАВАЛСЯ И ПОЧЕМУ НЕ БЫЛ ОТКРЫТ МУЗЕЙ «ГАНГУТСКИЙ МЕМОРИАЛ». Часть 3 Мемориальная Пантелеймоновская церковь. Пантелеймоновская улица (улица Пестеля), дом № 2а. Фото 2010-х годов. ГАНГУТСКИЙ…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments