el_tolstyh (el_tolstyh) wrote,
el_tolstyh
el_tolstyh

Три мнения российской эмиграции о послевоенном сталинизме и СССР

Оригинал взят у akostyuhin в Три мнения российской эмиграции о послевоенном сталинизме и СССР


После 1945 года в среде российской эмиграции были три мнения о судьбе послевоенного СССР. Монархисты верили в перерождение в Российскую империю, левые – в появление госкапитализма, а нацдемы из НТС – в крах сталинизма, так как «население убедилось в антинародности режима». Но история показала правоту «объективистов» в лице Георгия Федотова.

Победа в Великой Отечественной войне заставила российскую эмиграцию по-новому посмотреть на СССР. Десятки тысяч белоэмигрантов вернулись на родину, поверив в патриотизм «обновленных Советов». С другой стороны, тысячи эмигрантов смогли проникнуть на оккупированные немцами территории и воочию увидеть, что из себя представляет большевицкая страна. Сотни тысяч коллаборационистов и остовцев, вчерашних советских граждан, принесли на Запад новое знание об СССР. Всё это заставило эмиграцию с новой силой возобновить дискуссию о будущем СССР.

В эмигрантской среде господствовало (обобщённо) три мнения о судьбе Советов.

«Примиренцы»

Часть эмигрантов выражала надежду на серьёзные изменения в советском обществе. Известный политик дореволюционной России Е.Кускова, например, в сказанных Сталиным в 1946 году словах об исчезновении принципиальной разницы между коммунистами и беспартийными в СССР увидела свидетельство окончания существования партийного государства. Она полагала, что все это свидетельствовало о постепенном «появлении на сцене всего народа».

Большие надежды эмигранты этого направления возлагали на фронтовиков как потенциальных «новых декабристов», однако уже в марте 1946 года известный в дореволюционной России деятель партии народных социалистов А.Петрищев на основе анализа их выступлений в ходе выборов в Верховный Совет предостерегал от иллюзий: «Они знают, что надо охранять и почему надо охранять. Эмиграции эти новые советские люди едва ли понравятся».

Левые

Среди представителей левых политических течений в российской эмиграции распространённым был тезис о том, что эволюция советского режима идёт в направлении реставрации дореволюционной политической системы. При этом отмечалось, что данная реставрация носит не только политический, но и социально-экономический характер. Как известно, идею «термидора» в 1920-1930-е активно развивал Л.Троцкий. Во второй половине 1940-х гг. этот тезис продолжала отстаивать его вдова Н. И. Седова, полагавшая, что в период Великой Отечественной войны сохранялась тенденция реставрации капитализма.



Подобные мысли высказывали не только троцкисты, но и некоторые другие эмигранты из числа социалистов. По мнению, например, старого народовольца Ю.Делевского (Я.Юделевского), в СССР в послевоенные годы завершался процесс формирования «новой аристократии», состоявшей из партийной номенклатуры, а также «верхушки армии и специалистов» – т.е. нового сословного общества.

«Непримиримые», нацдемы

Одну из наиболее интересных попыток комплексного анализа существовавшего в СССР политического режима предпринял в конце 1940-х известный деятель НТС Р.Редлих. Он, в частности, выступил против популярной теории, что коммунизм – новый вариант религиозной системы. Глубокое отличие между ними состояло в том, что всякое религиозное чувство – это ощущение «мира иного». Для любой религии земной мир – это не единственный мир. Вследствие этого для религиозного человека неприемлемо отношение к земному миру как к объекту для волюнтаристских экспериментов, наличие людей, стоящих и над теорией, и над практикой, которые «прямо сейчас творят историю».

В основе большевистской теории, по замечанию Редлиха, лежали материализм, монизм, детерминизм и гностицизм.

Однако любой непредвзятый аналитик, характеризуя ситуацию в СССР, заметил бы глубокие противоречия между теорией и практикой. Они замаскировывались, по мнению Редлиха, с помощью т. н. диалектического метода мышления: «Советская жизнь наполнилась фикциями. В Советском Союзе никого решительно уже не возмущает, когда слова расходятся с делами. Мир советской теории – это мир мифов и фикций». Поэтому коммунистическая доктрина – это «псевдорелигия», т. к. большинство населения, полагал он, внутренне в неё не верит.

Анализируя сознание советского человека, российские солидаристы указывали, что оно не находится под полным воздействием официальной пропаганды, которая, за редким исключением отдельных произведений литературы и искусства, «никуда не годится и решительно ни в ком не создаёт никаких убеждений». Сама её организация носила ярко выраженный формально-бюрократический характер. На практике жизнь в СССР состояла из «действий, имеющих исключительно ритуальное значение». Даже язык в СССР был «окрашен лицемерием», т. к. господство «фикций» делало его «изумительно удобным для пустословия».



Однако, как указывали НТС-овцы Н.Осипов и Р.Редлих, создаваемые коммунистической пропагандой мифы и фикции выполняли важную функциональную нагрузку: «Это условные формы приказа, выполнение которых совершенно обязательно». Например, внедрение в массовое сознание мифа о «капиталистическом окружении» означало указание на необходимость подготовки к войне.

Как отмечали НТС-овцы, когда разрыв между теорией и практикой становился «бытом», «нормой», то наступала «смерть большевизма», т. к. фикции «оголялись», мифы теряли последние остатки «вероподобного» отношения к ним.

Анализируя структуру сознания советского человека, Осипов и Редлих выделяли в ней три основных яруса: «явный» ярус, «тайный» ярус и некий «придаток» – «сознательность». При этом явный ярус также делился на показное и внутреннее отношение к власти. Внутреннее отношение к власти определялось вытеснением в область подсознания («тайный ярус») ненависти к коммунистическому режиму вследствие крайней опасности этого чувства для его носителя.

Они подчёркивали, что это нельзя назвать верой, а можно охарактеризовать лишь как стремление к лояльности власти, чтобы избежать репрессий. Именно поэтому деятели НТС считали ошибочной точку зрения той же Кусковой (и вообще монархистов-лоялистов), полагавшей, что советские люди искренне верят в справедливость коммунистического режима, однако некоторые из них (например, участники власовского движения в годы войны) впоследствии разочаровываются в своей вере.

«Объективисты»

Было и четвёртое направление в среде русской эмиграции, пытавшееся отвлечённо посмотреть на происходящие в СССР процессы. Но он было малочисленным. Наиболее ярким представителем этого течения считался один из крупнейших мыслителей России ХХ века Г.Федотов. Однако и он, либерал-демократ по своим взглядам, характеризуя советского человека, писал в 1945 году:

«Он предан власти, которая подняла его из грязи и сделала ответственным хозяином над жизнью сограждан. Он готов заморить себя работой, и его высшее честолюбие – отдать свою жизнь за коллектив: партию или родину. Не узнаем ли мы во всем этом служилого человека XVI века?».

Именно этот вывод о глубокой исторической обусловленности существовавшего в Советском Союзе политического режима заставлял Федотова сомневаться в возможности его радикальной демократизации. Русский мыслитель приходил к выводу, что большинство населения в СССР не стремится к либерализации общественной жизни: «Немало советских людей повидали мы за границей. Почти ни у кого мы не замечаем тоски по свободе. Большинство даже болезненно ощущают свободу западного мира как беспорядок, хаос, анархию. В России ценят дисциплину и принуждение, не верят в значение личного почина».

История показала правильность мыслей именно Г.Федотова, что уже в наше время позволило многим говорить о принципиальной нереформируемости российской Системы (во всяком случае – силами населяющего его народа), в какие бы идеологические одежды она не обёртывалась.

(Цитаты: Алексей Антошин, «Политический режим в советском союзе в середине 1940-х – начале 1950-х годов в оценках российских эмигрантов», Вестник Челябинского государственного университета, №24, 2008)

Фото: http://nnm.me/blogs/pergula/pyat-voln-rossiyskoy-emigracii/

Источник: http://ttolk.ru/?p=25487


Subscribe

Recent Posts from This Journal

promo el_tolstyh march 19, 2018 21:34 1
Buy for 300 tokens
Военно-Историческое общество "Ингерманландский полк" Битва при Гангуте и Ингерманландский полк КАК СОЗДАВАЛСЯ И ПОЧЕМУ НЕ БЫЛ ОТКРЫТ МУЗЕЙ «ГАНГУТСКИЙ МЕМОРИАЛ». Часть 3 Мемориальная Пантелеймоновская церковь. Пантелеймоновская улица (улица Пестеля), дом № 2а. Фото 2010-х годов. ГАНГУТСКИЙ…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments