el_tolstyh (el_tolstyh) wrote,
el_tolstyh
el_tolstyh

Categories:

Сирийской контрразведке будет крайне сложно найти убийц генерала Асапова

vakomi в Сирийской контрразведке будет крайне сложно найти убийц генерала Асапова
Оригинал взят у aleks070565 в Сирийской контрразведке будет крайне сложно найти убийц генерала Асапова



В гибели российского генерал-лейтенанта Асапова в Сирии виноват предатель, сообщивший боевикам о времени и месте нахождения генерала. По крайней мере, в этом уверена сирийская контрразведка. Кто знал о перемещениях российского военного советника и как контрразведка будет искать предателя?

Данные проведенного сирийской стороной предварительного расследования гибели в Сирии российского генерала Валерия Асапова подтверждают версию об утечке информации к террористам, сообщил РИА «Новости» источник в органах безопасности САР.

«Результаты предварительного расследования гибели генерала Асапова в Дейр-эз-Зоре свидетельствуют об утечке информации по поводу его местонахождения той стороне, которая совершила обстрел», – сказал собеседник агентства.






Эту же версию предательства чуть позже подтвердил и российский сенатор Франц Клинцевич.

Позиция сирийской стороны, видимо, будет сводиться к тому, что гибель генерала Асапова есть результат спланированных действий, основанных на утечке информации о его перемещениях и местопребывании. Само употребление именно слова «предательство» свидетельствует о том, что сирийская контрразведка имеет в виду кого-то из своих. Делом занято Главное управление безопасности (ИДАА, «Идарат аль-Амн аль ‘Амм»), а не военная разведка («мухабарат»), что само по себе говорит о внутреннем характере расследования.

Принципиально это ничего не меняет в самой оценке характера гибели российского генерала. Он находился на той позиции, где того требовала от него боевая обстановка и где риск для его жизни был и без предательства весьма велик. Сомнение вызывает одиночный и очень точный характер попадания мины в командный пункт, на котором находился генерал Асапов. Джихадисты, по мнению сирийской контрразведки, точно знали, что российский генерал будет находиться в этом месте в это время. Они смогли скорректировать удар миномета с помощью беспилотника, хотя это технически очень сложно.

Сложность заключается именно в специфических особенностях миномета как вида оружия. Грубо говоря, позицию генерала Асапова надо было «подсветить» лучом с беспилотника, чтобы управляемая мина прилетела в цель. Из батальонного миномета вообще  попасть куда-либо с такой точностью крайне сложно, а использование дальномера обычно дает прямо противоположный результат, особенно у не слишком обученного расчета. Мина, если вдуматься, оружие массового поражения. Особо опасна она в городских условиях, поскольку асфальт она не пробивает, а отскакивает на 5–10 сантиметров вверх, и осколки уходят параллельно земле. На асфальте в результате возникает характерная черная «розочка», а у людей в радиусе десятков метров не остается ног. Кроме того, обученный персонал всегда кладет подряд две мины в одну точку (это закон такой), а в случае с генералом Асаповым прилетела ровно одна. Следовательно, позиция была «подсвечена».

Но кто именно и каким образом мог передать информацию о нахождении российского генерала боевикам? На этот счет можно высказать несколько соображений.

Война в Сирии начиналась как гражданская и до сих пор сохранила многие элементы именно внутреннего противостояния. Кое-где это просто вопрос кровной мести, а не политических убеждений. А после быстрого освобождения больших территорий в тылу остается множество людей, сочувствующих боевикам. Отфильтровать всю эту массу за считаные дни нереально. И еще год назад впервые возник вопрос о том, как относиться к тем, кто нормально интегрировался в ИГИЛ на бытовом уровне. Разговоры о том, что слишком многие посчитали для себя нормальным и даже приятным переместиться в средневековье, долгое время считались  неполиткорректными.

Впервые с этой проблемой столкнулись в Алеппо, где пришлось прямо на линии разграничения выяснять у «гражданских», что они делали в последние два года. В условиях дефицита времени и озлобленности сторон первое время этим занимались либо просто местные ополченцы, знавшие своих соседей в лицо, либо шабиха (проправительственные военизированные формирования), что вызывало истерическую реакцию у иностранных правозащитников. Шабиха церемониться не привыкла, но и не обладает профессиональными знаниями для проведения контрразведывательной деятельности. В результате активность шабихи, ополченцев, палестинцев и «Хезболлы» по зачистке и фильтрации пришлось физически остановить и частично переложить ответственность на российскую военную полицию, которая тоже не под это заточена. Одно дело стоять на блокпосту, а другое – проводить фильтрацию, учитывая местные особенности, включая знания родоплеменных особенностей и даже диалектов.

Нет и политического решения о том, что делать в итоге с «гражданским населением халифата». То есть с теми успешными и красивыми арабскими мужчинами в Алеппо, Ракке и Дейр-эз-Зоре, которым несколько лет очень нравилось использовать рабский труд, ритуально насиловать христианок, шииток, алавиток и езидок, ходить на публичные казни и получать пособие от незаконных нефтяных доходов. Предложение топить их всех в Евфрате в связи с невозможностью перевоспитания понимания не нашло. И после фактической ликвидации шабихи все эти люди автоматически перешли в разряд несчастных страдальцев-беженцев, которых надо понять и  простить. Не привыкшая к такому образу мыслей сирийская контрразведка зависла. В итоге даже пропуска для перемещения по основным трассам сейчас выдает российская военная полиция (на арабском языке, но с российским штампом кириллицей), а не сирийская контрразведка.

Это не улучшает психологическую обстановку в освобожденных районах. Но если в Центральной и Южной Сирии процесс фильтрации гражданских уже давно налажен, то в прифронтовых зонах – настоящий проходной двор. Подозревать там можно едва ли не каждого, тем более что в условиях военной «чересполосицы» у Дейр-эз-Зора потребуется несколько месяцев, чтобы наладить гражданскую власть. А именно гражданская власть должна осуществлять фильтрацию населения, хотя бы для того, чтобы обеспечить его снабжение.

Данными о перемещении российского военного советника обладало изрядное количество людей. Причем не только вовлеченных в планирование операций сирийских офицеров, но и сопровождавший их персонал, солдаты вокруг и десятки местных жителей, итого – сотни две. В идеале следить за режимом секретности должна сирийская контрразведка, у которой просто физически не хватает ни сил, ни персонала, ни времени. Российская военная контрразведка вообще никак повлиять на эту ситуацию не может. То есть в теории это сделать, конечно, можно, но тогда потребуется вообще отстранить от исполнения своих обязанностей ИДАА, которая очень ревниво относится к своим позициям в иерархии сирийской военной бюрократии. И надо понимать, что ИДАА – это не политическая охранка, какой ее представляют на Западе, а именно контрразведывательная структура с очень широкими полномочиями. Чисто политическим сыском занято Управление политической безопасности (ИДАС, «Идарат аль-Амн аль-Сияси»), неоднократно демонстрировавшее свою абсолютную некомпетентность.

Важно отметить и еще одно обстоятельство. Множество мероприятий, связанных с осуществлением оперативного командования войсками, в условиях Сирии превращаются в небольшие шоу. Генералы и полковники САА ведут себя по всем законам поведения Ближнего Востока. Они обрастают свитой, фотографами, журналистами и клиентурой. Сюда надо добавить племенные и родственные отношения, постоянно требующие ритуально-демонстративного поведения. С режимом секретности это никак не совместимо, и даже если российские контрразведчики вдруг начнут требовать от арабов и бедуинов соблюдения жестких норм поведения, этого просто не поймут.

Сирийской контрразведке придется потратить много времени и сил, чтобы установить реальный источник утечки информации о перемещении генерала Асапова. В организации утечки вероятно найти следы как неких технологически развитых третьих стран, так и просто обычной безалаберности.

Критически важное участие российских офицеров в планировании операций сирийской правительственной армии давно не секрет, и попытка их выбить тоже просчитывалась.

Другое дело, что атака на генерала Асапова была очень скоротечной, что более свидетельствует о местном характере ее подготовки, чем о длительном планировании. Отсюда, видимо, и надо искать.

с






Subscribe
promo el_tolstyh march 19, 2018 21:34 1
Buy for 300 tokens
Военно-Историческое общество "Ингерманландский полк" Битва при Гангуте и Ингерманландский полк КАК СОЗДАВАЛСЯ И ПОЧЕМУ НЕ БЫЛ ОТКРЫТ МУЗЕЙ «ГАНГУТСКИЙ МЕМОРИАЛ». Часть 3 Мемориальная Пантелеймоновская церковь. Пантелеймоновская улица (улица Пестеля), дом № 2а. Фото 2010-х годов. ГАНГУТСКИЙ…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments