el_tolstyh (el_tolstyh) wrote,
el_tolstyh
el_tolstyh

Categories:

Сербские заметки. Петр Давыдов


Иногда меня спрашивают, часто удивленно, особенно молодые, с какой такой стати вдруг появилось у меня особое отношение «к этой самой Сербии». Даже не особое отношение, а самая что ни на есть любовь. Те, кто постарше, не очень спрашивают, а, скорее, догадываются: «А-а, так тебя тоже тогда торкнуло, в 1999-м? Понимаем». Тем, кто младше 20, приходится, конечно, объяснять, вспоминать. Смотрят на тебя как на динозавра какого, а потом, и тут я очень рад, и сами не прочь побывать у братушек. Одного раза чаще всего хватает, чтобы потом не забывали дорогу.

Вспоминать…

В те годы не плевал в Россию разве что эскимос: слюни на морозе мерзли. Брезгливо-ненавистное отношение к русским у бывших братьев по периметру границ, высокомерно-чопорное у казавшихся небожителями партнеров и просветителей со «сникерсами» в блестящих на фоне серой убийственной действительности чемоданах. Мерзость привокзальных площадей. Шелуха с окурками на тротуарах. Шаверма эта несчастная, с капающим жиром. Инвалиды в метро, просящие милостыню. Радостные сообщения о привезенных из-за океана окорочках и очередном выделенном транше – не, правда, они зачитывались дикторами чуть ли не голосом Левитана.

Высокомерие и брезгливость со стороны сочетались с откровенной, какой-то патологической ненавистью изнутри. Россию ненавидели сами русские. И как! По-русски, с размахом, чтоб до конца, – в общем, все по Достоевскому. Не съязвить в приличной компании по поводу бедняги президента или очередной войны на Кавказе считалось навсегда лишить себя достойного общества.

Я предпочитал отсиживаться «в Европах». Оно и чище, и спокойнее как-то, да и языки подучить можно. Лениво и отчужденно смеялся вместе с друзьями-товарищами-геноссен над очередной курьезной телефишкой «про Россию»: то этот самый пьяный оркестром дирижирует, то рубль опять ниже плинтуса рухнул, то еще что-нибудь веселое. Заняться было чем, поэтому особого внимания на унизительные сообщения, комментарии, просто колкие фразочки не обращал. Старался не обращать, точнее. Ведь, признаться, понимал, что, несмотря на все заверения в моей личной цивилизованности, а то и гениальности, слова эти лично меня очень даже касаются. И не сказать, чтобы я сильно этому радовался, сильно перефразируя таможенника Верещагина.

Поэтому, когда вдруг выяснилось, что у варваров за Бугом появились конкуренты, обгадить которых нужно во что бы то ни стало, заинтересованному счастью не было предела: что за варвары-кровопийцы? А-а, сербы, значит. Нехорошие великодержавные шовинисты, которые притесняют борцов за свободу в каком-то там Косово.

Таким образом, о сербах и Сербии я не знал ровным счетом ничего и начал получать хоть какие-то о них знания из тех самых источников, откуда лилась известная субстанция на Россию. Если о странах цивилизованного мира говорилось с уважением и достоинством, то только о наших – именно с чувством превосходства и цивилизованной озабоченности. «Нашими» я сербов почувствовал инстинктивно.

Это как в драке или в дурном классе: если бьют или травят помимо тебя еще кого-то, то ты не можешь не испытывать сочувствия к собрату по несчастью.

Вот так, сидя с пивом на диване в каком-то Дюссельдорфе, смотря на победные реляции самых честных и объективных журналистов в мире, сообщающих с восторгом о большой тревоге миролюбивой организации НАТО за безопасность на Балканах, я вдруг увидел, что мы, оказывается, не одни.

Оставил пиво, начал читать. Днями читал. Ого! Оказывается, где-то на Балканах есть страна, чей народ открыто говорит, что он – наш брат. Попробуй услышь такое от англичанина или кого другого. А сербы – те да, те верят в Россию, любят ее и страшно, уже по-настоящему переживают за то, что она впала в спячку. Даже не в спячку – в жуткий похмельный сон. Сопровождаемый хмурыми взглядами друзей, пошел на службу в сербскую церковь. С изумлением обнаружил, что практически все понимаю – и не только на Литургии, но и в разговорах с прихожанами, беженцами из Хорватии и Боснии. Первоначальные и неточные сведения о братском отношении к русским подтвердились.

Немецкие солдаты на Косовом поле
Нет, не то чтобы я стал постоянным прихожанином сербских храмов или завсегдатаем встреч в эмигрантских клубах – чего-чего, а этого не было. Просто начал запоминать, записывать рассказы, истории из страны, чья судьба так похожа на нашу собственную. А сербы так и говорили: «Мы – это небольшая Россия. И будь уверен, что вас ожидает ровно то же самое, а то и хуже, чем Сербию. На нас обкатывают ваше будущее. Погоди, скоро бомбить будут». Вот этому-то уж я никак не мог поверить: чтобы мирная Европа да бомбить? – не, ребята, это уж точно перебор.

Это был какой-то дикий восторг, с которым показывали репортажи о «Милосердном ангеле» [
Так назывались ракетно-бомбовые удары НАТО по Югославии.]; с какими глазами таращились в телевизор знакомые, узнавшие, что и объединенная Германия может принимать участие в операциях НАТО в Сербии. Куда делся весь этот вчерашний пацифизм, грозно осуждавший «Милошевича и его банду»! Какой хохот стоял, когда показали ракеты с надписью «Happy Easter». Ты сидишь внутри этого восторга и понимаешь, что смеются-то не только над сербами, которым «в очередной раз прилетело», но и над русскими, которые в постыдной спячке. И над Христом, Который – «Ну, и где Ты? Спас Ты своих сербов? Хе-хе». Вот эти слова на ракете сделали совсем не то, на что рассчитывали их авторы: на другом, правда, языке и в другой стране они когда-то звучали от проходящих мимо Голгофы тогдашних радостных зрителей.

Они смеялись, когда показали ракеты с надписью «Happy Easter» («Счастливой Пасхи»), – смеялись не только над сербами, но и над Христом

И вот тут – край. Перекресток. Крест. Или ты продолжаешь мямлить что-то о цивилизации, когда своими глазами видишь, как эта самая цивилизация с восторгом крушит средневековые монастыри, а также больницы, дома и кости людей, называющих себя твоими братьями; или ты признаешься себе, что в этом милом обществе что-то не так. Совмещать не получится – шизофреником станешь. А мне нельзя, у меня дел много.

В тот год, несмотря на все усилия, попасть в Сербию мне не удалось – сказались и зашкаливающая молодость, и необходимость доучиваться, и многое другое. Лишь лет через пятнадцать я стал приезжать в Косово. Видел, как быстро и самозабвенно там шло «окончательное решение» сербского вопроса. Познакомился с будущим крестным отцом своих детей. Своими глазами посмотрел на результаты «миротворческих операций» просвещенного Запада. Побеседовал с людьми, которые, забыв о всех своих бедах, встречают тебя как родного. Посидел немного за решеткой и получил статус персоны нон-грата.

Снова и снова возвращаюсь в Сербию – один, с семьей или друзьями. В общем, весело провожу время. Но именно тот, 1999-й, подвел к черте: или – или. Пора просыпаться, братушка. Наших бьют. Как я увидел позже, этот год стал крестным для всей России. Худо-бедно, но проснулись.

Именно тот, 1999-й, подвел к черте: или – или. Пора просыпаться, русский братушка!

А сербы, особенно оставшиеся в Косово, смеялись: «Понял? Нет худа без добра! Нас бомбили – вы просыпались. Дай Бог, окрепнете. Не, нам не страшно – потерпим. Лишь бы вы очнулись». Потом плакать начинали, правда. Особенно когда мы к кладбищу подходили. Детские могилы там есть. Такая вот терапия от НАТО. Не то чтобы благодарен, но воспользовался.

P.S. Мы продолжаем инициативу по организации поездок в Россию косовских сербов. В этот раз мы бы хотели пригласить учащихся старших классов гимназии села Шилово, что в Косовском Поморавье, съездить в Санкт-Петербург, посетить святыни Северо-Запада России. В этой гимназии изучению русского языка и литературы уделяют самое пристальное внимание, что в косовских условиях достойно и уважения, и почтения.
Tags: американцы
Subscribe
promo el_tolstyh march 19, 2018 21:34 1
Buy for 300 tokens
Военно-Историческое общество "Ингерманландский полк" Битва при Гангуте и Ингерманландский полк КАК СОЗДАВАЛСЯ И ПОЧЕМУ НЕ БЫЛ ОТКРЫТ МУЗЕЙ «ГАНГУТСКИЙ МЕМОРИАЛ». Часть 3 Мемориальная Пантелеймоновская церковь. Пантелеймоновская улица (улица Пестеля), дом № 2а. Фото 2010-х годов. ГАНГУТСКИЙ…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments