el_tolstyh (el_tolstyh) wrote,
el_tolstyh
el_tolstyh

Category:

«Записная книжка секунд-майора Алексея Ржевского»

По наводке уважаемого ushkuinik13

Дорога, тоска, недуги, жалобы тетушке-покровительнице и визиты «израдных девушек». В Издательстве НИУ ВШЭ опубликована чудом сохранившаяся записная книжка русского офицера времен Семилетней войны. Arzamas выбрал несколько писем и дневниковых записей

В серии «Новые источники по истории России. Rossica Inedita» Издательства НИУ ВШЭ вышел неизвестный ранее дневник обычного, ничем не прославившегося офицера XVIII века, секунд-майора Ширанского полка Алексея Ивановича Ржевского. Дошедшие до нас дневники той эпохи можно пересчитать по пальцам, но этот действительно уникален: помимо полкового и походного быта здесь описаны еще и недуги автора, его самочувствие, методы лечения и самолечения. Сверхподробная фиксация Ржевским своих обмороков, припадков, головной боли и потоотделения (не говоря уже о стуле, отходящих мокротах и прочих физиологических процессах) дает нам редкую возможность взглянуть на болезнь глазами самого больного той эпохи.

Дневник, а вернее «еженедельник» в кожаной обложке, охватывает 1757–1758 годы. Ржевский заносил в него как повседневные записки, так и выписки из строевого устава, рецепты лекарств, ходовые немецкие фразы, а также копии своих писем родственникам. Наиболее любопытные из них — это жалобы тетушке-покровительнице автора (и, как кажется, объекту симпатий) княгине Наталье Григорьевне Белосельской. Дочь знаменитой царской метрессы Авдотьи — Бой-Бабы Ржевской, она, возможно, была внебрачным ребенком Петра I. А ее брат граф Захар Чернышев, также упоминаемый в письмах, — ранняя любовь юной великой княгини Екатерины Алексеевны и один из претендентов на роль биологического отца Павла I.

Именно к ней обращается напуганный Ржевский, когда, цитируя журнал входящих документов Тайной канцелярии за июль 1755 года, на него поступило «доношение из Новгородской губернской канцелярии о говорении <…> некоторых неприличных слов». Паническое обращение офицера к влиятельной тетушке — уникальное отражение самоощущения человека той поры, представляющего, что его вот-вот захватят жернова карательной машины, восприятия этим дворянином ожидающих (но в итоге минувших его) злоключений.

Записная книжка секунд-майора Алексея Ржевского. 1757–1758 годы
Печатные календари часто использовались в XVIII веке для ведения разного рода записей — от хозяйственных помет до полноценных дневников. Случай Ржевского интересен тем, что печатный «Санкт-Петербургский календарь на лето от Рождества Христова 1757» был взят за основу для изготовления записной книжки. Мастер-переплетчик (вероятно, по заказу самого владельца) вплел в него дополнительные чистые страницы и снабдил кожаным переплетом.

© РГАДА / Издательство НИУ ВШЭ

Записная книжка секунд-майора Алексея Ржевского. 1757–1758 годы
В некоторых случаях Ржевский разлиновывает страницу своей записной книжки для ведения дневника: отчеркивает поля, на которых отмечаются даты (слева) и преодоленное им расстояние в верстах (справа), указывает вверху страницы месяц и год. В других случаях записи менее структурированы, накладываются на сделанные ранее пометы хозяйственного или делового характера.

6 июня 1755 года, Великие Луки
Сиятельная княгиня, милостивая государыня тетушка ,

Излишно б было, милостивая государыня, ежели б я стал здесь изъяснять, как много я во все нещасливыя случаи, каковы в жизни моей так неретко мне случались, милостью Вашей ко мне защищаем был всегда. Так думаю, что и тапери Вы меня, милостивая государыня, защитить можете от нападения одного здешняго бездельника господина Нелединскаго, которой на меня подал вымышленное доношение, и оная уже послано в Тайнаю канцелярию. Я с того точнаю копию для размотрения к их сиятельствам графу Захару Гр[игорьевичу Чернышеву] и графу Ив[ану] Гр[игорьевичу Чернышеву] при моих письмах послал, также и с моево доношения, каково от меня для представления в невинности моей в Государственную Военнаю коллегию к его высокопревосходительству Александру Борисовичу Бутурлину послано. Вы, милостивая государыня, от их сиятельств о всем том обстоятельно уведомитца можете и потаму лехко усмотреть изволите, что то не иное што как вымышления одной злобы ко удовольствию ея проклятой страсти, чтоб только безвинного человека погубить. Я таперь дражу со страху, что злоба тех людей, которая меня всегда гонит, так и неважное дело, каково оная, а во угодность своей злобе за важно почести могут, меня нещастным навеки зделать. Вы как прежде, так и ныне одна есть моя защита, и что я, милостивая государыня, на одну Вашу ко мне милость и всю мою надежду всегда полагаю. И более не распространяя, остаюсь, и протчая.

Сиятельная княгиня, милостивая государыня,
От нижайшего и покорнейшего слуги

9 июля 1755 года, Великие Луки
Милостивая государыня, тетушка к[нягиня Наталья] Григорьевна,

Я все случившиеся до сего времени в жизни моей нещастья з большой усердной крепостью терпел, а ныне уже тем наиболее в крайность последнею меня приводит, что я в таком месте буду, где мне страшнея всякой смерти козатца может, да и в таких руках злодеев, которыя всегда жаждут моей крови. Подумайте, милостивая государыня, не бедной ли я человек в жизни, когда ни одно из сих случаев нещастья меня не минула. Я таперь со страху не знаю сам, что я делаю, что ежеминутно ожидаю из того места за сабой присылки. Мне не будит тогда время о том Вам подать надлежащее уведомления, когда меня за крепким кораулом [во] всем ызвестное повезут места

. И от Вас, как от последней моей надежды получить себе помощь, я, упреждая все оноя, на [по]чте нарошного к Вам посылаю. И при сем с того указа копию включаю, коков [указ] на Нелединского доношения из Новогороцкой губернской канцелярии последовал. Из того Вы, милостивая государыня, нынешнее мое состояния опосности ясно усмотреть изволите, что в какую меня ужасною пропость нещастья злобой тех людей ныне ввергает, которыя меня так завсегда сильно гонят. Не оставьте, милостивая государыня, и в таком моем злополучии, когда возможность Ваша х тому вас допустит, за что бог Вам больше милость ево оказать может, как бы я благодарным в жизни моей хотел изяснятца, и протчая.

23 апреля 1758 года, Почеп
Сиятельная княгиня, милостивая государыня тетушка, княгиня Наталья Григорьевна,

С сим торжественным праздником Христовой Пасхи Вас, милостивая государыня, поздравляю, и как Вам и всей Вашей дражайшей фамилии от моево искреннева усердия всякова и такова благо получить желаю, как Вы сами себе, милостивая государыня, желать можете.

Я благодарю бога что нахожу себя еще в состоянии по такой моей болезни и крайней слабости, в какой я таперя есть, к Вам писать. Вам, милостивая государыня, изве[с]тно, что я и в Питербурге будучи, таковым жестокостям припатков болезней не один раз был подвержен. Я только что имел сил из Питербурга выехать. А то во всю дорогу и в полк приехавши весь прошлай год, чрез силу перемагаясь, как стен шетался и час от часу приходя в крайнея бессилия и слабость; а ноконец на возвратном пути из Полтавы едучи так жестока занемог, что чуть жива меня сюда привезли; нихто не чаел мне быть живому, хто меня видел!

Я, милостивая государыня, не знаю, что бог са мною хочет делать, что с такими ужасными мне припатками жизнь мою продолжать; для тово ли, чтоб я ее всю Вам посветил, или к большим нещастьем тем меня предуготовляет, чтоб к ним привыкши, с возможной терпеливостью те лутче снести я мог! Кажетца мне, что нещастья, наконец, само уставши, от меня отойдет, когда оно видит, что со всеми ево ухичреннями мне губительств до сего времени уморить меня не могло. Только уже и я в такое прихожу безсилия, что смерть мне временем лехче кажитца, как те мученьи, которыя я от нево терплю! Но когда, милостивая государыня, богу так о мне угодно, то ево са мной и воля; мне ево защита так крепка и надюжна, что я не боюся от нещастьев никаких ужасных страхов и мученья — только б он создатель хотя мало подкрепил мое здаровья, естли ему продолжания моей жизни угодно; а более тово Вас бы, милостивая государыня, в равномерной и такой завсегда содержал ко мне милости, как я таперича от Вас чювствую, и котораю мне я выше моево здаровья и всякова благополучия почитаю.

Естли, милостивая государыня, моя простосердешняя искреность, с котораю я таперича пишу, не имев при сем никакой осторожности, перешла границ должнейшева моево к вам почтения, то с нижайшею моею покорностию прошу мне отпустить милосердно!

Я признаюсь, что я таперь чювствую слабость моево разума, а такоя побуждения в себе, которая иногда против наших воль нашими разумами владеит!

Сиятельная княгиня,
Милостивая государыня
И протчая.

2 декабря 1758 года, Рига
Чрез всю ночь до самого утра потел, а днем голова очень болела. Начел фунт сахару. Куплено 24 свечи.

<…>4 декабря
Всю ночь не спал и тосковал, а уснул в 10 м часу дни, и спал до 2 часу пополудни, и спавши так много потел, что рубашка и обе душегрейки и постель взмокла, отчего и был очень слаб. Голова не болела. Днем почел руль 

табаку.

Была у меня Аннушка и другая израдная девушка, только недолго были и ушли, для прежнева моево к ней неудовольствия мне отказала, для которой моей печали сей день я очень пьян был.

5 декабря
Ету ночь спал пьяной очень харошо, и немного потел, и голова не болела. Ввечеру слушал всенашнаю, и служил свещенник из замка; и ввечеру зачел потеть, и много мокроты ртом шло, 3 раза слабила. Прихадила старуха руская.

<…>8 декабря
…. Во 2 м часу пополудни зачела голова болеть. Прошедшаю ночь не потел, а днем и мокрота не шла, и сей день я голоден был, [потому] что не на што было есть купить, денег не стало! Продавал шубу, только нихто не купил. Ввечеру шубу продал, взял 10 р., а мне оная стоила мех чернай, овчинна, которай я прошлаго году в Полтаве будучи купил, дал 3 р. 50 ко., а верх был старой шубы красной, борана новай, котораю мне шубу на лисьем меху покойница тетка графиня Елизавета Осиповна Чернышева в Питербурге дала в [1]755м году как я в Великолуцкаю провинцию для приему рекрут чрез Питербург ехал, ибо я будучи в Полтаве из того меха польскаю кирейку 

зделал.

Я признаюсь, что я рад был той продажи по бедности моей, первое, что я з баришом продал, другое, теми деньгами надолго разпределил мое содержание, а осабливо что чрез целой день не евши, уталил мой голот!

Я не знаю, какое во мне побуждения есть вести точнай журнал моей жизни; может быть для тово, что по смерти моей тем ево читать случитца, для которых я привел себя в такое бедное и болезное состояние, в каком я чрез сколько лет уже страдаю. Признаюся, что временем скучаю моей жизней. В 1 м часу пополуночи зачел потеть и мокрота ртом пустилась и шла до 5 часа. Сырая погода и ветер весь день и ночь был.

<…>13 декабря
Было воскресенье. Объявленная мокрота шла до 8 часу, которой и вышла всей полна и еще несколько крушки, и в том 8 часу я уснул и спал до 6 часу пополудни — проснувшись, голова болела и таперь болит, также левой бок и груть болели, а таперь не болит. Пивши чай на постели, несколько потел, а осабливо ноги очень потели, а больше плюсни и все ступени. Проснувшись было ардинарно на низ.


Справочная таблица оттенков мочи из трактата Ульриха Пиндера «Epiphanie medicorum». Нюрнберг, 1506 год
Издательство НИУ ВШЭ

А в 8 часу слабило. В 9 м часу еще слабило, и между тем мокрота шла хотя немного, только густая и очень соленая! И в то ж время и потел несколько! В 10 часу тоска начелась так, как я прежде тосковал. А голова болеть перестала.

В 11 часу голова болеть зачела! И тоска не унелась, но час от часу во мне умножалась. И во все то время урин из меня очень много шло. Сей же день я мало ел, ибо таперь в ысходе 12 час с половина дни, то есть полночь! Час уже пополуночи пробила, а тоски во мне не уменьшаитца! Я хочу здесь одно примечание внести: во всю болезнь как я Почепе [был] и дорогаю, где я очень болен был, и здесь, что из журнала моево видно, в самое ета время, в которыя часу мне очень тяжело бывает, всегда сабаки воют, так как и сей час как я таскую, сабака выла.

Читатель из сего может видеть, что я и подленно был в смертном страхе, как тоска моя всегда и более умножалось, а чтоб такую тоску смертнаю прогнать, то я умножал мои чарки вина простова, которая вино мой лекарь мне пить много велел.

И подленно я сей день и ночь вина простова много пил. Видете, дорогой читатель моево журнала, как я себя отважил, не быв прежде никогда пьяницай, льстяся получить мое здоровье, а таперь вижу себя в смертном состоянии. Да что делать, когда нибуть умирать [надо] будит.

Я подленно пьян таперь. Чтоб безбоязненно умереть мог, то я много вина пил. Да и сколько жизнь моя продолжитца пить ево буду. Я вижу, что пьяному лехче умирать, как терозваму! Для тово, что меньше страху! Естли мне подленно будет в то время умереть случатца, то б я щослив был и по смерти моей, штоб етат журнал моей жизни княгиня Н[аталья] Г[ригорьевна] Б[елосельская] могла видеть, ибо я для нее столько стражду, а то б я довно облегчения мое сыскал! В 3 м часу пополуночи очень солоная мокрота из меня пошла!


Больной в постели получает помощь от своих собратьев по дружескому обществу. Гравюра из медицинского пособия «Rules and Orders to Be Observed by a Society of Tradesmen…». Вустер, 1800 год
Wellcome library
Tags: ВИО_Ингерманландский_полк, реконструкторы
Subscribe
promo el_tolstyh march 19, 2018 21:34 1
Buy for 300 tokens
Военно-Историческое общество "Ингерманландский полк" Битва при Гангуте и Ингерманландский полк КАК СОЗДАВАЛСЯ И ПОЧЕМУ НЕ БЫЛ ОТКРЫТ МУЗЕЙ «ГАНГУТСКИЙ МЕМОРИАЛ». Часть 3 Мемориальная Пантелеймоновская церковь. Пантелеймоновская улица (улица Пестеля), дом № 2а. Фото 2010-х годов. ГАНГУТСКИЙ…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments