el_tolstyh (el_tolstyh) wrote,
el_tolstyh
el_tolstyh

Category:

У Польши онобелевился собственный вариант Светланы Алексиевич


Нобелевская премия была присуждена австрийскому писателю Петеру Хандке и польской писательнице Ольге Токарчук.

Привыкнув ожидать от Стокгольма какую-нибудь очередную нелепицу, на этот раз мы получили её с подачи постоянного секретаря шведской академии Матса Мальма, сообщившего, что Токарчук премию дали за «нарративное воображение, которое с энциклопедической страстью представляет пересечение границ как форму жизни». То есть, если принять эту формулировку всерьез, то Ольга Токарчук повествует о жизни каких-то кочевников. И повествует не объективно, а субъективно. И – со страстностью структурной единицы (текста) энциклопедии.

С другой же стороны, вполне возможно, что термином Матса Мальма энциклопедическая страсть только и можно объяснить, почему министр культуры Польши Петр Глинский, писательницу политкорректно теперь поздравивший , ранее неоднократно признавался, что, едва открыв её книги, сразу закрывал их, и что он не в состоянии оценить её творчество.

А вот директор Польского Культурного центра в Москве Петр Сквечинский очень высоко отзывается о 900-страничном романе Токарчук с не менее объемным названием «Книги Иакова, или Большое путешествие через семь границ, пять языков и три большие религии, не считая маленьких»:

"«Книги Иакова...» о франкизме – ереси иудаизма. Эта тема волнует меня, как историка, тем более, что потомки адептов Якова Франка, в XVIII веке получивших шляхетство, сыграли большую роль в истории Польши XIX и XX веков. Даже если бы она написала только эту книгу, ее вклад в польскую литературу был бы огромен".

И при этом он взволнованно умалчивает, какой именно след в истории Польши могли оставить потомки адептов еврейского авантюриста Якова Франка, в Турции объявлявшего себя мусульманином, а в Польше принявшего католическое крещение, но вскоре преданного церковному суду по обвинению в притворном крещении и в распространении вредной ереси.

Но если принять во внимание то, что сама Токарчук после получения престижной польской литературной награды Nike призвала поляков «встать лицом к лицу со своей историей и попробовать написать ее заново, не скрывая те страшные вещи, которые мы делали как колонизаторы, национальное большинство, которое подавляло меньшинство, как владельцы рабов и убийцы евреев», то нетрудно будет догадаться, что у Польши онобелевился всего лишь собственный вариант Светланы Алексиевич. Но, конечно же, не такой, как Алексиевич, примитивный.


Вот, например, что думает о романе "Книги Иакова..." Александра Липчак, объявившая Ольгу Токарчук на польском сайте Culture.pl чуть ли не пророком ХХI века:
"Именно в таком «текучем» пейзаже родится франкистская ересь — мистическая, но при этом прагматическая — которая свободно обращается с религиями, используя их как ботинки, которые нужны только для того, чтобы в них дойти до цели, наплевательски относится к традиции, догматам и обычаям. Если смотреть на это с перспективы сегодняшнего дня, то это вызов, брошенный прочим идентичностям и формам, пролог к анархизму и социализму. Впрочем, это явление описано Токарчук очень неоднозначно — как неоднозначна была и фигура самого Якова Франка, мистика и деспота, революционера и стратега, афериста и мудреца.
Может это не случайно, что история Франка «накрыла» Токарчук именно сейчас, когда в воздухе витает желание новой коллективной самоидентификации, когда из шкафов вылезают деды и родители из Германии, Белоруссии, Греции, когда польский роман растягивается, открывается, становится эластичным, оставляя место для нового, неоднозначного нарратива. У одних — на микроуровне личной истории, истории семьи. У Токарчук — на уровне всего общества и его сложного польско-еврейского наследия. Она сует руку в прошлое и мешает, раскрывает, провоцирует: чтобы история не застыла, не забетонировалась в мифологии, ее нужно переписывать заново. Токарчук права, когда говорит в интервью, что «Книги Иакова» — это ее самый «социальный» проект."

То есть, перефразируя незабвенного Леню Голубкова, можно сказать, что, пока мы сидим, они на месте не стоят.

А вот Петер Хандке в формулировке того же Матса Мальма получил награду за «оказавшую влияние работу, которая исследует периферию и специфику человеческого существования». То есть, в данном случае и у Мальма мозги особо не плавились, да и нам можно легко представить писателя, которого больше интересует то, что находится не в центре, а на окраине чего-нибудь (ну, допустим, на периферии нынешних мировых событий).

Непонятными является лишь причины, в соответствии с которыми нобелевский комитет вопреки своему обыкновению решился премию вручить писателю, в 2004 году поддержавшему лидера Сербии Слободана Милошевича (написал эссе «Таблас-де-Даймьель» с более чем красноречивым подзаголовком «Ложные показания на процессе против Слободана Милошевича»). Вот и германист Вера Котелевская недоумевает:

"Меня удивил выбор Шведской академии. Я думала, что о Хандке все забыли, потому что он автор, как сейчас принято говорить, совершенно не хайповый. Его невозможно отнести ни к правам, ни к левым. Он всегда старался не втягиваться в медийные игры. И если современная литература стремится быть политкорректной, то он вовсе не стремится. Если процветает постмодернизм, то Хандке его игнорирует. Он немейнстримный, не провокационный — просто автор в лучших традициях немецкой и в какой-то степени русской литературы, продолжатель традиций Чехова и Толстого, их поисков этической гигиены".

Но мы – после многих десятилетий использования Нобелевской премии как вознаграждения за отнюдь не литературные достижения – давайте наконец-то доставим себе удовольствие не искать у новоявленного лауреата Петера Хандке какие-то скелеты в шкафу и просто от всей души порадуемся, что миллион нобелевских долларов достался всё-таки ему.

----------------------

литературная "нобелевка" в наши дни почти перпендикулярно отклонилась от замысла ее учредителя Альфреда Нобеля, превращена, по сути, в политический инструмент. Спроси кого - знают ли они нынешних лауреатов Хандке и Токарчук - ответ очевиден. Зато хорошо известного и почитаемого в мире японца Мураками делающие выбор "академики" не один раз, что называется, "поматросили и бросили". Обидно за настоящего писателя! Тем более что такие персонажи, как, например, упоминаемая Николаем Дорошенко "лауреатка" Алексиевич, с ним и рядом не стояли. Вообще-то, хотелось бы спросить "академиков", определяющих имена победителей, и бьющихся в русофобской лихорадке некоторых лауреатов: а помните ли вы, господа хорошие, сколько сам Альфред Нобель получил добра от России, живя здесь и сколачивая в Санкт-Петербурге и на бакинских нефтяных промыслах свои капиталы, от которых сейчас перепадает и вам? Мне кажется, господа, что Альфред Нобель был бы от вашего выбора и вашего поведения не всегда в восторге.

------------------------
В это раз обошлось без маразма, как с вручением премии Бобу Дилану, который её брать не хотел. Мне вот интересно, кто решится прочитать это 900-страничное произведение, повествующее о какой то иудейской ереси?

-------------------------
В книге рассказов "Игра на разных барабанах" Токарчук я, как и польский министр культуры, не смогла одолеть даже пару страниц. Под скучными заумными рассуждениями сюжета не различить.
А книга Петера Хандке "Мимо течет Дунай" мне понравилась.

Subscribe
promo el_tolstyh march 19, 2018 21:34 1
Buy for 300 tokens
Военно-Историческое общество "Ингерманландский полк" Битва при Гангуте и Ингерманландский полк КАК СОЗДАВАЛСЯ И ПОЧЕМУ НЕ БЫЛ ОТКРЫТ МУЗЕЙ «ГАНГУТСКИЙ МЕМОРИАЛ». Часть 3 Мемориальная Пантелеймоновская церковь. Пантелеймоновская улица (улица Пестеля), дом № 2а. Фото 2010-х годов. ГАНГУТСКИЙ…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments