el_tolstyh (el_tolstyh) wrote,
el_tolstyh
el_tolstyh

Categories:

Палачи народа Украины. Теперь "герои"

Борьба с бандеровцами в 40-е годы

Стремясь минимизировать потери, осенью 1944 года советское руководство даже предложило бандеровцам заключить перемирие и начать переговоры. Зимой состоялось несколько встреч представителей Провода ОУН и НКВД. Однако стороны не пришли ни к какому соглашению. Противостояние продолжилось. Основную тяжесть борьбы с УПА вынесли на себе сотрудники Управления по борьбе с бандитизмом (УББ) НКВД УССР, которое для проведения конкретных операций привлекало войска НКВД, милицию, а в особых случаях - и регулярную армию.

Из всех войск НКВД к борьбе с УПА привлекались войска по охране тыла действующей армии, пограничные войска НКВД и войска по охране железных дорог
На войска НКВД были возложены функции гарнизонной службы на освобожденных территориях, охраны стратегических объектов и линий коммуникаций, а также борьба со шпионами и диверсантами. Когда на довоенную границу СССР и Польши были переброшены части погранвойск, они тоже получили указание, помимо своих основных обязанностей, бороться с бандами (в том числе, и с политическими бандами, к которым относили УПА), действующими на приграничных землях. Кроме того, существовали оперативно-чекистские группы, которые являлись самостоятельными структурами в рамках НКВД и должны были выявлять и арестовывать агентов вражеских спецслужб и оуновское подполье. В группы входили опытные оперативники и следователи. Вдобавок были созданы оперативно-разведывательные группы, которые действовали непосредственно в оперативном тылу войск, зачищая их от врагов и просто нежелательных элементов. Одновременно с чекистами против националистов действовали и армейские контрразведчики из СМЕРШа.

Чекистами были обнаружены и захвачены сотни складов с оружием и медикаментами. Моральный дух оставшихся в лесах бандеровцев упал, и многих удерживал от капитуляции только страх. К концу 1944 года крупные отряды УПА были разгромлены, и началась охота на уцелевших бандеровцев. Даже самым фанатичным оуновцам стало понятно, что вооруженная борьба проиграна.

Борьба с бандеровцами в 40-е годы
Поэтому националисты перешли к сугубо террористической деятельности. Уцелевшие крупные подразделения уровня «курень» и «сотня» расформировывались. Вместо них создавались малочисленные группы, которые должны были вести партизанско-диверсионную деятельность. Открытые вооруженные столкновения с Красной Армией отныне прекращались, а основной удар переносился на гражданскую администрацию и советских активистов. При этом в каждой «бригаде» УПА должна была быть создана «спецбоёвка», которая должна была действовать, маскируясь под советские отряды.

В стратегии ОУН были определены три основных направления дальнейшей деятельности, получившие кодовые обозначения «Дажбог», «Олег» и «Орлик».

План «Дажбог» предусматривал внедрение оуновцев в органы власти, срыв восстановления народного хозяйства. Кроме того, усиливалась конспирация и создавалась система тайных подземных бункеров (схронов), где бандеровцы могли отсиживаться долгое время. Программа «Олег» была направлена на воспитание в националистическом духе и подготовку молодёжи для пополнения живой силы отрядов УПА. Ежегодно оуновцы проводили мобилизацию нескольких сотен юношей, которых переводили на нелегальное положение. Чтобы отрезать дорогу назад, каждого «призванного» заставляли принять участие в убийстве или теракте, и таким образом «вязали кровью». По плану «Орлик» (другое название - «Харьков») предусматривалось распространение влияния ОУН на восточные и южные области УССР и проведении там пропагандистской и разведывательной работы. На восток посылались эмиссары ОУН с заданием создать там тайную сеть приверженцев, которая могла бы быть использована для антисоветского восстания. Именно для населения восточных областей УССР была написана агитброшюра «Кто такие бандеровцы и за что они борются», которую сегодня неонацисты переиздают и выдают за истинную программу ОУН.

Реализуя новую тактику, бандеровцы ушли в глубокое подполье и повели террористическую войну против Советской власти. Объектами нападений становились партийные, комсомольские и советские работники, колхозная администрация, сельский актив, а также специалисты, прибывшие из других областей УССР. Одновременно создавалась легальная сетка, участники которой вступали в партию и комсомол, проникали в государственные учреждения и должны были в случае начала новой войны захватить власть на местах.

Проведя переформатирование своих структур, бандеровцы начали массовый террор против советских и партийных структур, а также всех сочувствующих советской власти. ОУНовцы пытались не только физически уничтожить своих антагонистов, но и запугать местных жителей, заставить их отказаться от любого сотрудничества с властью. Вакханалия убийств и издевательств захлестнула регион. Со своими жертвами бандеровцы расправлялись страшно, по-садистски, чтобы вызвать ужас у окружающих. Казнили не только взрослых, вырезали целые семьи, не щадя даже младенцев.

Проиграв войну против армии, они наносили удар по беззащитным: учителям, врачам. Националисты жгли и уничтожали школы, клубы, библиотеки, как несущие идеологическую нагрузку. По сути, на Западной Украине в то время шла настоящая гражданская война между местными националистами и социалистами. Во время немецкой оккупации верх взяли националисты. Как только в край вернулись советские органы власти и Красная Армия, баланс сил резко изменился. Теперь уже нацисты ушли в подполье, а местные жители левых политических убеждений при содействии власти создавали истребительные батальоны и начинали вооруженную борьбу с бандеровцами. К весне 1946 года в западных областях Украины в истребительных батальонах состояло больше шестидесяти тысяч человек.

Истребительный батальон — военизированное, добровольческое формирование советских граждан, состоявшее, в первую очередь, из партийных и комсомольских активистов. Личный состав батальонов формировался из тех, кто не подлежал обязательной мобилизации. Использовались для уничтожения диверсантов и бандитских формирований в советском тылу. Командирами батальонов назначались, как правило, руководители местных структур Коммунистической партии.

Чтобы восстановить разрушенную войной промышленность и инфраструктуру, Советская власть присылала на Западную Украину специалистов из других регионов. Десятки этих специалистов были убиты. В основном, люди гибли в селах, но и в городах никто не мог чувствовать себя в безопасности. Например, известный львовский писатель-антифашист Ярослав Галан был зарублен топором 24 октября 1949 года в собственной квартире во Львове.

Сохранилось огромное количество документов и воспоминаний о тех событиях.
Вот, например, воспоминания ветерана Владимира Ивановича Лунина: «В Великую Отечественную войну, мне пришлось принимать участие в освобождении некоторых областей Украины, в частности: Житомирской, Волынской, Ровенской. В этот период я столкнулся с бандеровцами, узнал, что такое представляет из себя движение украинских националистов. Мне пришлось проходить через несколько сел, которые были полностью сожжены и уничтожены. Я спрашивал у местных жителей: «Что, это немцы сожгли?» А они ответили: «Нет, это не немцы, это бандеровцы вошли в это село, схватили всех жителей, женщин, стариков, детей, а село сожгли до основания, только те, кто успел укрыться, остались живы». И таких сел на моем боевом пути было несколько...

В 1944 году мы освобождали районный центр Ракитне в Ровенской области. Мы этот центр взяли почти без боя, особых потерь не было. И вот, когда 1948 году я вторично попал в этот районный центр, удивился огромному кладбищу.
Я спросил у местных жителей, когда же это погибли люди, если здесь особых боёв не было? Они говорят, это похоронены люди, которые погибли после войны. Это - местные жители, это - приезжие, присланные сюда учителя, врачи, медицинские сестры, работники советских органов, председатели колхозов, совхозов и воины войск НКВД, которые принимали участие в борьбе с бандеровцами.

Были и еще моменты, когда мне пришлось встретиться с бандеровцами. В 1948 году мы располагались в этом районном центре Ракитне.
На краю поселка располагалась деревянная церковь, которая уже не работала. Кто-то предложил использовать её как кинотеатр для показа местному населению советских фильмов. В церкви установили кинопередвижку.
Электричества не было, был ручной генератор, крутили ребята сами эту динамо-машину и показывали кино. Фильмы, кстати, показывались бесплатно, и молодежь ходила с удовольствием.
И вот в один из вечеров, когда пришла молодежь для просмотра очередного фильма, бандеровцы облили церковь по периметру то ли бензином, то ли керосином и подожгли. Естественно, зрители из этой церкви начали выскакивать, выбегать в единственную дверь, а они из кустов открыли огонь из автоматов по выбегающей молодежи. Пять человек было убито, где-то около двадцати получили ранения. А они потом злорадствовали, мы же говорили вам: «Не ходите на просмотры этих москальских фильмов, так вот вам расплата, за то, что вы не выполнили наше указание!» Вот такие дела были на Западной Украине – это то, что мне пришлось видеть самому. Они (бандеровцы) боролись со своим народом, мирным населением, своей молодежью, которая не хотела выполнять их указания».

Ветеран Трапезников Федор Андреевич рассказывал: «После Крыма нас в начале августа отправили на 4-й Украинский фронт по железной дороге и высадили в городе Стрый Львовской области. Оттуда два наших батальона двинулись в Карпаты. На узкой горной дороге в засаду попали. Только убитых было у нас 30 человек и около 60 раненых. Мы развернули артиллерию и начали обстреливать высоты, с которых стреляли бандеровцы. После этого уже прорвались. Потом еще с бендеровцами приходилось сталкиваться, когда во Львове служил три года после войны. У меня украли одного солдата. Когда его нашли, он человеческого образа не имел, искалечен был. Опознали только по шинели, на которых у каждого была написана фамилия. Людей очень много гибло, очень много...»

Можно привести воспоминания Поклад Раисы Ивановны: «Призвали в 1943 году, вызвали в военкомат, вручили повестку и на пересыльных - в Горький - Нижний Новгород. В Горьком мы простояли, наверное, полтора месяца, пока нас формировали. И вот нас собрали целый батальон одних девчат. Распределили нас по специальностям. Привезли нас в Запорожье, распределили кого куда. Я грамотная была, и меня распределили на связь, я связисткой стала... Когда немца уже погнали, нас повезли во Львов. Это было в 1944 году. Там нас распределили и меня связисткой взяли в штаб на телеграф. Там я и работала до конца 1944 года, а потом меня перебросили на границу с Польшей, в Дрогобыч, Борислав. Там кругом леса, а в этих лесах были бандеровцы. Когда нас везли из Львова в Дрогобыч, водитель остановился перед балкой (оврагом), вышел и говорит: «Девчата, вы прижмитесь к полу, а я как газану, чтоб быстро проскочить, чтоб нас не расстреляли». Он как газанул, и сразу мы оказались на другом берегу этой балки. Отъехал от этой балки порядка километра и говорит: «Ну, девчата, мы еще будем жить». Спрашиваем: «А чего?». Он нам рассказал, что через эту балку бандеровцы ни одну машину не пропускают – или берут в плен, или расстреливают. А нам повезло...

В Бориславе подстанция первая, а мы, одни девчата, её охраняли. Почему связистов ставили охранять? А кому, там некому было! Нас было в землянке 5 девочек, и все были связистки, и все охраняли станцию, там ведь больше никого не было. Чуть дальше ребята с пулеметами стояли на точках. Мы были в низине, а они по горам расставили пулеметы и по горам стояли. Вот нас пятеро и еще над нами начальник, старший лейтенант, никогда не забуду, Сафонов – хороший мужчина, вот он тут был над нами старший, а потом и его забрали. Охранять надо было станцию. Вот приходит твое время стоять на посту, и боишься каждого шороха. Выйдешь на эти два часа и думаешь: «Господи, хоть бы никто не напал, не напал!» А сколько нападений было! Но мне вот сколько раз везло - наверное, Боженька меня любит. Пока отстоишь эти два часа, в тебе души нет. Ночью особенно страшно, днем оно не так, ты ж все-таки видишь что-то, а ночью страшно.

Война уже закончилась, а мы еще в Бориславе стоим, и вот нас привезли назад во Львов. Сколько меня уговаривали остаться во Львове, квартиру обещали в центре города. Но я говорю: «Нет, и все! Я уже намучилась, настрадалась здесь у вас, хочу домой, хочу к маме».

Кроме индивидуального террора, националисты проводили различные антисоветские кампании: срывали выборы в Советы, саботировали призыв на службу и сбор урожая. Чтобы иметь денежные средства, оуновцы обложили данью ремесленников и торговцев, которых заставляли покупать билеты бандеровского займа «На боевой фонд». На села накладывались обязательства по передаче повстанцам определенного количества продовольствия. Тех, кто отказывался содержать боевиков, объявляли коммунистами и уничтожали.

Всего за 1944−1956 годы от рук националистов погибло: 2 депутата Верховного Совета УССР, 1 глава облисполкома, 40 глав гор- и райисполкомов, 1454 глав сельских и поселковых советов, 1235 других советских работников, 5 секретарей городских и 30 районных комитетов Компартии УССР, 216 прочих работников партийных органов, 205 комсомольских работников, 314 глав колхозов, 676 рабочих, 1931 представитель интеллигенции, включая 50 священников, 15 355 крестьян и колхозников, 860 детей, стариков, домохозяек.

Соответственно, поменялась и тактика советских спецназовцев. Вместо масштабных облав с участием тысяч человек в леса уходили разведывательно-поисковые группы из опытных разведчиков. Они рейдировали по лесным массивам, выслеживали врага, устанавливали местонахождение отрядов УПА, захватывали пленных-языков... Затем вызывалась истребительная группа, которая по полученным данным атаковала и уничтожала врага.


Семья Рудницких, убитая ОУН-УПА в деревне Хобултова на Волыни.
Tags: ЛНР
Subscribe

Recent Posts from This Journal

promo el_tolstyh march 19, 2018 21:34 1
Buy for 300 tokens
Военно-Историческое общество "Ингерманландский полк" Битва при Гангуте и Ингерманландский полк КАК СОЗДАВАЛСЯ И ПОЧЕМУ НЕ БЫЛ ОТКРЫТ МУЗЕЙ «ГАНГУТСКИЙ МЕМОРИАЛ». Часть 3 Мемориальная Пантелеймоновская церковь. Пантелеймоновская улица (улица Пестеля), дом № 2а. Фото 2010-х годов. ГАНГУТСКИЙ…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments